Новости

Шинель и… коты (газета День)
Гоголевская классика в постановке Валерии Федотовой — одна из последних премьер Театра на Подоле
14 января, 2020 — 11:11
Жанр спектакля «Шинель» в афише обозначена как «повесть с привидениями». В целом, эта постановка чем-то напоминает школьный перевод классики. Перевод специфический, как будто сделанный компанией школьников, этаких насмешливых и легкомысленных дебоширов. Это даже не так перевод, как рисованный, точнее, инсценированный комикс, часто шарж. Два артиста, Станислав Мельник и Евгений Ковирзанов (в другом составе играет Кирилл Карпук), азартно изображают с полдюжины персонажей — пьяного портного, Значительное Личность, чиновников, грабителей и даже хулиганистых питерских котов. Так же актриса Юлия Шевченко выступает от имени нескольких женских персонажей.

Все эти картинки представлены с хитро невинным видом: мол, это не мы, это — Коля Гоголь!  Однако между страниц этого комикса или перевода есть как будто странная вклейка, нарисованная совсем в другом стиле, подобно «Капричес» Гойи. Это, собственно, главный герой — Акакий Акакийович Башмачкин в исполнении Романа Халаимова.

Башмачкин-Халаимов — очень живое, очень реальное существо. Так, как он, сейчас в театре почти не плачут. Это не декоративное рыдание, а по-детски надрывное и страшное в своей неутешительности. Но при том, что Башмачкин очень живой — впечатление такое, будто он не совсем человек. Возможно — Гомункулус, который в «Фаусте» Гете выращен в реторте. Тот Гомункулус погиб, потому что хотел прорваться в взлелеянную в мечтах реальность и завладеть женщиной. Здесь тоже что-то подобное. Дело в том, что сама Шинель в спектакле — тоже живое (хотя и безголовое) существо, женского рода. Она роскошная, красная, большая (внутри, если верить программке, прячется уже упомянутая Юлия Шевченко). Счастливый Башмачкин гуляет с Шинелью по проспекту, но не надевает ее на себя. Войти в вожделенную Шинель — слишком грубо, недопустимо для влюбленного идеалиста. В конечном итоге, он это сделает — войдет в нее, но уже в том мире, потому что на этом такое чудо невозможно. Блестящая режиссерская метафора!

Впрочем, здесь хватает метафор на любой вкус. После спектакля автор этих строк слышал, как три девушки-зрительницы восторженно обменивалось впечатлениями, а о Башмачкине — ни слова. Они щебетали: «Ах какие симпатичные там были коты»!

Имелись в виду питерские уличные коты, которых в спектакле играли Станислав Мельник и Евгений Ковирзанов. Здесь нечего отрицать: действительно, котики также были симпатичные.

Следующие показы спектакля состоятся на камерном Зале Игоря Славинского 16 и 17 января.

Иван БАБЕНКО
Газета: